Нобелевские лауреаты: человек, который не любил мыть посуду

Нобелевские лауреаты: человек, который не любил мыть посуду

Нобелевские лауреаты: человек, который не любил мыть посуду

сэр Александр Флеминг

6 августа 1881 года, Дарвел, Великобритания – 11 марта 1955 года, Лондон, Великобритания. Нобелевская премия по физиологии и медицине 1945 года (совместно с Говардом Флори и Эрнстом Чейном).

Формулировка нобелевского комитета: «За открытие пенициллина и его лечебного эффекта при разнообразных инфекционных заболеваниях».

В 1999 году все ожидали окончания XX века и третьего тысячелетия. Несмотря на то, что на самом деле и век, и тысячелетие заканчивались годом позже, мировые СМИ буквально пестрели списками «всего самого важного», что случилось с человечеством за это время. В числе прочих появился и список «Time 100»: Heroes & Icons of the 20th Century, составленный журналом Time. Место в нем нашлось и братьям Райт, и одному из создателей интернета Тиму Бернерсу-Ли, и семейству Лики, открывшему австралопитеков, и, разумеется, Альберту Эйнштейну. Достойное положение в нем занял и нобелевский лауреат 1945 года, в жизни которого почти все получалось случайно.

Случайно выбрал институт, случайно нашел лабораторию, случайно совершил одно из величайших открытий XX века… Да и фамилию его по случаю путают с фамилией автора шпионских романов и создателя Джеймса Бонда. Поняли, о ком речь? Конечно, наш сегодняшний герой – сэр Александр Флеминг, человек, спасший миллионы жизней, получивший первый антибиотик и навсегда тем изменивший облик современной медицины.

Александр Флеминг вышел из бедной шотландской семьи. Он был седьмым ребенком у отца, Хуга Флеминга, и третьим у матери, Грейс Мортон. Отец Флеминга женился во второй раз в 59 лет на женщине вдвое себя моложе и умер, когда Александру было всего семь. Все заботы поначалу легли на плечи матери, которая смогла объединить детей от обоих браков в настоящую семью. Постепенно дети взрослели и уезжали в Лондон. В свой черед отправился в столицу и Александр. Он обосновался у брата Томаса, который уже завел практику окулиста, и начал работать клерком, параллельно записавшись в Лондонский шотландский полк британской армии: началась Англо-бурская война. Александр проявил себя незаурядным стрелком, что впоследствии, как ни странно, повлияло на его научную карьеру. Как и увлечение его водным поло во время службы в полку. Но обо всём по порядку.

Вообще с дальнейшей судьбой Флеминг определялся странно. В 1901 году, выиграв право поступить в любое медицинское училище (кстати, и медицину он выбрал только «за компанию» с братом Томасом), Флеминг выбирал место учебы так: «В Лондоне двенадцать таких училищ, и жил я примерно на одинаковом отдалении от трех из них. Ни об одном из училищ я ничего не знал, но в составе ватерполистской команды Лондонского шотландского полка я когда–то играл против студентов “Святой Марии”. И я поступил в училище при больнице Святой Марии». Дальше случайностей становилось лишь больше. В 1905 году Флеминг решил на всякий случай сдать экзамены на хирурга. Сдал, получил право писать после фамилии F.R. S.C. – Член Королевского хирургического колледжа, – но что делать дальше? Хирургия никогда не привлекала Александра, но и уплаченных за экзамен пяти фунтов было жалко! Логика истинно шотландская: чтобы деньги не оказались потраченными зря, придется уходить из alma mater. И тут снова случай.

Случай звали сэр Алмрот Райт, он был руководителем бактериологической лаборатории в той же больнице Святой Марии. Алмрот Райт был человеком очень незаурядным. Бактериологическую лабораторию при больнице он открыл в 1902 году, уже став автором вакцины от брюшного тифа и получив рыцарский титул. Чтобы «продавить» эту вакцину в качестве обязательной в британской армии, военный министр лорд Холдейн даже поспособствовал тому, чтобы сделать Райта рыцарем. При этом сам Райт терпеть не мог военных – рассказывали даже, что однажды он пришел на военный парад лишь затем, чтобы буквально за шиворот вытащить участвовавшего в торжестве сотрудника лаборатории прямо из строя и заставить его заниматься делом.

Однако нередко cэр Алмрот и ошибался, причем публично и по-крупному. За что даже получил прозвище «Almroth Wrong». Райт заблуждался, например, насчет цинги: считал, что ее вызывают птомаины — алкалоиды гнилого мяса, а не дефицит витамина C. Ещё более обсуждаемыми и осуждаемыми были антисуфражистские взгляды Райта. Он утверждал, что мозг женщины радикально отличается от мужского и не приспособлен к решению социальных вопросов и профессиональных задач.

Нобелевские лауреаты: человек, который не любил мыть посуду

Сэр Алмрот Райт

В лаборатории Райта часто бывал Бернард Шоу, сделавший его прототипом некоторых своих героев. Дружил Райт и с нобелиатом-одесситом Ильей Мечниковым. Запустив свою лабораторию на заре бактериологии, Райт собирал вокруг себя не просто сотрудников, а настоящих адептов. Одним из преданных его учеников стал доктор Фримен, который мечтал возродить при больнице стрелковый клуб, закрывшийся в начале ХХ века. Чувствуете? Снова случай: именно в связи с этим у Фримена возникла идея пригласить на работу Флеминга, лишь бы оставить столь выдающегося стрелка при больнице. Так у Райта появился еще один ученик – он проработает в этой бактериологической лаборатории полвека, до самой своей смерти. В те десятилетия начинался бум бактериологии и иммунологии. Первые открытия Коха, Беринга, Ру давали надежды на появление вакцин и сывороток «от всех болезней». Однако достаточно быстро выяснилось, что все далеко не так просто. Не все прививки и сыворотки работали, не всем они помогали, не со всеми возбудителями заболеваний удавалось справиться. Инфекции и не думали сдаваться, и требовались препараты, просто убивающее бактерий.

Первые надежды на изобретение средства, способного уничтожать бактерии, но не задевать организм больного, были связаны с детищем нобелевского лауреата Пауля Эрлиха – «Препарата 606», или просто сальварсана. Вещество не без успеха справлялось с возбудителями сифилиса, но идеалом не было: оно весьма сильно било по организму. Мечта оставалась мечтой – найти «серебряную пулю», которая сможет убивать только бактерии.

Нобелевские лауреаты: человек, который не любил мыть посуду

вверху — портрет Эрлиха, внизу — формула сальварсана

Во время Первой мировой Флеминг активно исследовал болезнетворные бактерии, изучал бактериальное заражение ран, на «искусственной ране» показал, что имеющиеся антисептики не способны обеззаразить ее полностью. Именно изучая раны и физиологические механизмы их защиты, в 1922 году Флеминг и Райт открыли в носовых выделениях некую субстанцию, которая «растворяла микробы». Опять же – случайно: рассказывают, что Флеминг просто чихнул на планшет с культурой бактерий. Они назвали ее лизоцим и выяснили, что этот белок выделяют человеческие лейкоциты. К сожалению, на роль «серебряной пули» лизоцим не подошел – он слишком быстро разрушался, – но первый шаг к мечте был сделан.

Настоящее великое открытие снова произошло случайно, во многом благодаря неряшливости Флеминга. Он терпеть не мог убирать за собой, и после экспериментов лабораторную посуду мыли другие. Флеминг же, подобно Соне, Мартовскому Зайцу и Болванщику, на эту рутину не отвлекался, а искал для своих опытов то, что оставалось чистым, принимаясь за уборку, лишь когда его стол загромождался полностью. Август 1928 года наш герой проводил с семьей и вернулся к работе 3 сентября, обнаружив, что на одном из планшетов со стафилококками завелась плесень. Культуры стафилококков исчезли, при этом все колонии плесени чувствовали себя совершенно нормально. «Проснувшись на рассвете <...>, я, конечно, не планировал совершить революцию в медицине<...> Но, полагаю, что именно это я и сделал», – говорил он впоследствии.

Нобелевские лауреаты: человек, который не любил мыть посуду

Плесень оказалась грибком из рода пеницилловых, и 7 марта 1929 года впервые прозвучало слово «пенициллин». Статья о нем вышла в British Journal of Experimental Pathology в том же году, но достойного внимания не привлекла. Тому были свои причины. Во-первых, Флеминг не был химиком и выделить пенициллин в чистом виде не смог. Во-вторых, ему и в голову не приходило употребление антибиотика вовнутрь – только наружно.

Безуспешные попытки выделить пенициллин ученый продолжал до 1940 гоад, когда эту работу удалось проделать в Оксфорде Говарду Флори и Эрнсту Чейну. Они же провели и первые испытания чистого препарата. Актуальность этих работ усилила начавшаяся Вторая Мировая война, и вскоре каждый раненый англичанин и американец смог получать настоящую терапию пенициллином.

Нобелевские лауреаты: человек, который не любил мыть посуду

Формула пенициллина

С этого времени вопрос о Нобелевской премии всем троим был делом решенным, и о ней объявили сразу же после окончания войны. Хотя вклад Чейна и Флори был не меньшим, культовым персонажем, попавшим «на зуб» прессе, оказался именно Флеминг.

Говард Флори

Эрнст Чейн

Возможно, дело тут в его замечательном шотландском чувстве юмора и отношении к репортерам. Рассказывают, что как-то в США его подстерегли перед завтраком два журналиста, задавшие ему сверхважный вопрос: «О чем в данную минуту думает великий ученый»? Флеминг, который терпеть не мог прессу, предварил ответ фразой, что сейчас он и правда думал об очень необычной для него вещи. И очень важной. А когда оба журналиста превратились в воплощенное внимание, невозмутимо добавил: «Я сейчас размышлял – мне два яйца на завтрак или одно»? Сэр Александр Флеминг скончался от сердечного приступа 11 марта 1955 года. Прах его покоится в лондонском Соборе Святого Павла, рядом с такими великими британцами, как герцог Веллингтон и адмирал Нельсон. После смерти вдова Флеминга попросила знаменитого биографа и писателя Андре Моруа написать биографию своего мужа. Именно с этой книги, изданной в нашей стране в серии «Жизнь замечательных людей», для меня началось знакомство и с фармакологией, и с Александром Флемингом.

Нобелевские лауреаты: человек, который не любил мыть посуду

Публикации:

https://polymus.ru/ru/pop-science/blogs/channels/15386-nobelevskie-laureaty/126423/

http://biomolecula.ru/content/1643

Следить за обновлениями нашего блога можно и через его страничку в фейсбуке.

Leave a reply